• Главная
  • Расписание богослужений
  • Информация для паломника
  • Контакты и реквизиты
  • Таинство Крещения
  • Поминовения
30 сентября 2016 года

Слово в день памяти святых мучениц Веры, Надежды, Любови и матери их Софии

Не бойтесь убивающих тело и потом не могущих ничего более сделать. Бойтесь того, кто может ввергнуть в геенну, ей, говорю вам, того бойтесь.
Лк. 12, 4–5

 
Во имя Отца и Сына и Святого Духа!
Дорогие во Христе братья и сестры!

Что считать умом, что почитать разумом, что именовать мудростью? Так часто называют умными людей хитрых и бесчестных, коварством добивающихся высокого положения или богатства. Так часто за разум выдают мелочные расчеты бескрылого рассудка, неспособного подняться над житейской суетой и грязью. Так часто мудростью величают лживое философствование, таящее ересь или безбожие – гнилые плоды человеческой гордыни. А между тем все эти извращения земного ума есть безумие пред Богом и конец их – вечная адская мука: В лукавую душу не войдет премудрость и не будет обитать в теле, порабощенном греху (Прем. 1, 4).

А истинная мудрость, дарованный Богом разум, вводящий избранников в Отчее Царство, считается сумасшествием в заблудшем, падшем мире. В мутных лужицах земного рассудка не отражается океан Правды Божией, и низменному сознанию не понять ту премудрость, которой Господь наделил любящих Его (Сирах. 1, 10).

В начале II века по Рождеству Христову в Италии жила вдова с тремя маленькими дочерьми. Имя этой вдовы стало мерилом высочайшего разума. Это была великая мать, совершившая дивный подвиг любви материнской, а житейскому рассудку она казалась лишенной сердца, беспощадной к собственным детям. Она приготовила и привела дочерей к бессмертной славе и счастью, а духовным слепцам мерещилось, что она растоптала их завидное будущее. Воспитанные ею маленькие девочки оказались несравненно умнее всех языческих мудрецов и властителей, а эти гордые невежды думали, что с легкостью победят хитрыми посулами ее детей. Имя этой святой женщины – София, что означает: Премудрость.

Святая София овдовела вскоре после рождения третьей дочери. Она исповедовала веру во Христа Спасителя, а время для христиан было страшное – над всемирной Римской империей властвовал свирепый гонитель Адриан. Вдова-христианка с тремя младенцами на руках казалась слабой, одинокой былинкой, которую неминуемо сломит необъятный враждебный мир. Однако на ней и на ее дочерях сбылось слово Священного Писания: Премудрость вошла в душу служителей Господних и противостала страшным царям чудесами и знамениями, она воздала святым награду за труды их, вела их путем дивным (Прем. 10, 16–17).

Смирение и благочестие святой Софии были таковы, что она удостоилась от Господа дара, соответствующего высокому значению ее имени – премудрости не земной, а Небесной. И что иное могло произойти от премудрости христианской, как не Богу угодные добродетели? – вопрошает житие. Дочерей своих назвала святая София Верой, Надеждой, Любовью, и эти священные имена определили их грядущий подвиг и славу. Над колыбелями своих малюток богомудрая мать пела молитвы, с первых произнесенных ими слов учила обращаться к Небесному Отцу. Вскормленные чистым духовным молоком, дети росли – и возрастали их добродетели. Открытые для добра юные души Веры, Надежды, Любови узнавали сладость молитвы, Божественную красоту Евангелия, и всем сердцем устремлялись эти святые ветви от святого корня к Солнцу Правды, Иисусу Сладчайшему. И неустанно трудилась над просвещением дочерей святая София, дабы вера их сделалась нерушимой, надежда – несомненной, любовь – совершенной.

Богомудрая София и благочестивые ее дети ни от кого не скрывали своей веры в Распятого Господа. В любой миг вездесущий императорский сыск мог обнаружить этих последовательниц запрещенной религии, но Бог хранил их под покровом Своим – до той поры, когда дочери святой Софии достигли зрелости духовной.

Как хрупки и малы казались эти девочки-христианки, когда настал грозный час их великого подвига. Святой Вере было двенадцать лет, святой Надежде – десять лет и всего девять лет было святой Любови, когда императорский гонец постучал в их двери и приказал явиться к жестокому Адриану. Случилось то, чего богомудрая мать давно ожидала, к чему давно готовила своих дочерей. Они сразу поняли, для чего зовет их император, и встали на молитву, взывая: Всесильный Боже, пошли нам Твою святую помощь, чтобы сердце наше не устрашилось грозного мучителя, чтобы не убоялись мы страшных его мучений и не пришли в ужас от смерти, пусть ничто не отторгнет нас от Тебя, Бога нашего.

С поразившим всех придворных льстецов спокойствием, точно явившись на светлый праздник, предстала святая семья перед властелином империи, и на его вопрос о вере богомудрая София назвала драгоценное имя, которым могла похвалиться – христианка! Изверг Адриан ухмыльнулся в предвкушении того, как заставит эту слабую вдову с малыми детишками хулить Распятого и кланяться идолам, и отослал их прочь на несколько дней под строгий надзор: дескать, подумайте, что вас ожидает... Но гордый император не знал, что столкнулся с премудростью, превосходящей всю его власть, мощь и коварство.

Некогда, еще в ветхозаветных сумерках, нерушимую верность Создателю кровью своей запечатлели святые братья Маккавеи, ободряемые на подвиг святой своей матерью Соломонией: Я не знаю, как вы явились во чреве моем: не я дала вам дыхание и жизнь... Итак, Творец мира, Который образовал природу человека и устроил происхождение всех, опять даст вам дыхание и жизнь с милостию, так как вы теперь не щадите самих себя за Его законы (2 Мак. 7, 22–23). В этих суровых и мужественных словах звучит призыв отдать долг Вседержителю, сотворившему род человеческий, и лишь смутная надежда древнейших праведников на то, что Всеправедный Бог не покинет верных и в смерти. Так суров был Ветхий Закон и к лучшим из людей.

Но богомудрая София и ее дочери были детьми уже Нового Завета, явленного Спасителем чуда Божественного Милосердия. Они знали, что из Любви к ним сошедший на землю Сын Божий умирал мучительнейшей, позорнейшей крестной смертью – и отвечали на Любовь Господню своей любовью. Они помнили, какое несказанное счастье обещал Иисус Христос тем, кто последует за Ним – сквозь страдания и смерть – к воскресению и вечной славе в Отчем Царстве. И святая София звала святых детей своих на Небесное брачное пиршество: Дочери возлюбленные! Ныне настал час торжества вашего, когда мученическим венцом вы будете венчаться с Небесным Женихом своим, Иисусом Христом. И когда тела ваши ради Него будут замучены до смерти, Он раны ваши сделает светлыми, как звезды на небе, Он украсит вас небесною красотой, какую глаз человеческий никогда не видел.

Дочери дорогие! Не давайте соблазнить себя прелестями вражиими, ибо, как я думаю, царь будет расточать вам ласки  и сулить славу, богатство и честь. Не возжелайте ничего подобного, ибо все это исчезнет, как пыль под ветром и как засохший цветок, обратившийся в землю. Пострадав немного, вы победите врага и восторжествуете навеки.

О дочери мои прекрасные! Вспомните мои болезни при рождении вашем, вспомните труды мои, в которых я вскормила вас, вспомните слова мои, какими я учила вас страху Божию, и утешьте мать вашу в ее старости вашим добрым и мужественным исповеданием веры во Христа. Для меня будет торжество и радость, и честь, и слава, если удостоюсь я именоваться матерью мучениц. Тогда и вы будете воистину моими дочерьми, если будете стоять за Господа своего до крови и умрете за Него с усердием.

С умилением слушали юные невесты Божественного Жениха слова своей премудрой матери. С нетерпением ждали святые Вера, Надежда, Любовь часа испытания, когда смогут они заслужить Небесные венцы, – чтобы Бог испытал их, как золото в горниле, и нашел их достойными Себя (Прем. 3, 5–6).

Самому злому тирану хочется казаться милосердным в глазах окружающих. И император Адриан, как и предсказывала святая София, начал свои речи с попытки обольстить маленьких христианок прелестями  вражиими: «Дети! поклонитесь нашим богам и властителям, тогда я при всех моих советниках объявлю вас моими дочерьми, и вы будете пользоваться похвалою и почетом. Иначе предам я вас лютой смерти. Итак, для вашего же блага послушайте меня, ибо я люблю вас и желал бы стать для вас отцом».

Император и впрямь готов был усыновить красивых и разумных девочек. Какой блестящий путь, по мнению житейского рассудка, открывался перед ними! Они могли стать женами первейших вельмож, купаться в роскоши и наслаждениях, повелевать десятками рабов, вести лениво-сладострастную жизнь римских патрицианок. Ради этого прельстительного будущего от них требовалось только одно: поклониться идолам, то есть продаться сатане.
Святые дочери богомудрой Софии знали, какая страшная бездна таится за этими сладкими приманками. Они знали, что предлагаемый им мирской блеск обернется в конце концов смрадной ямой, где могильные черви изгложут изнеженные тела плотоугодников, и вечным огнем преисподней, терзающим души идолопоклонников. Юные исповедницы Христовы гнушались бесами, которым хотел поработить их император своей лживой «отеческой лаской». И гордый Адриан услышал от них: Отец наш – Бог, на Небесах живущий. Он милует наши души, мы хотим быть Им любимыми и желаем называться Его детьми. Поклоняясь Ему и храня Его повеления, на твоих богов плюем и твоей угрозы не страшимся.

От этих слов девочек-исповедниц лицемерный император мгновенно обратился из «нежного отца» в кровожадного зверя. Изощренные орудия пытки: железные когти, пылающие печи, котлы с кипящей смолой и маслом, колеса с заостренными клинками – целый адский арсенал двинул изверг против трех маленьких девочек, чтобы вынудить их отречься от Христа Спасителя.

Первой прошла через ужас мучений двенадцатилетняя святая Вера. Благодать Господня явственно простерлась над нею: из ран ее вместо крови истекало молоко, на раскаленную железную решетку ложилась она, как на мягкую постель, и кипящая смола не обжигала тела мученицы. А когда Адриан, пресытившись зрелищем ее истязаний, приказал отсечь святой Вере голову, она завещала младшим сестрам: Пусть буду я для вас примером, идите обе за мною к Жениху нашему.

После ее убийства тиран вновь стал предлагать святой Надежде свои «отеческие милости», но та бесстрашно обличала его коварство: Царь! Разве я не сестра той, которую ты умертвил? Ее строгали железными когтями так, что тело падало кусками и кровь лилась на землю потоком, но от ран мученицы исходило благоухание, а лицо ее озаряла светлая улыбка – предчувствие райской награды за подвиг. Также приговоренная к усечению мечом, она успела сказать младшей сестре: Не оставайся здесь, предстанем вместе пред Святою Троицею.

Постыженный двумя детьми-христианками, император уже не требовал от святой Любови особого поклонения идолам: Только скажи, что велика богиня Артемида, и я отпущу тебя. Но ответом мучителю было звонкое восклицание девятилетней девочки: Велик Бог мой Иисус Христос, ты же со своей Артемидой погибнешь! Самую маленькую из сестер садист-император обрек на самые страшные пытки. Святую Любовь растянули на колесе так, что тельце ее отрывалось от костей, кровь, как багряница, покрывала ее. Юную мученицу пытались сжечь в раскаленной печи, но среди огня пела она славословие Господу, и из печи вылетело пламя, обжегшее палачей и опалившее самого нечестивого императора. Скрежеща зубами, Адриан изобрел для святого ребенка муку еще невиданную: ее суставы начали сверлить железными буравами. По слову жития: Кто бы мог претерпеть таковые мучения и не умер бы мгновенно?! Однако возлюбленный Жених, Иисус Христос, подкреплял святую, чтобы ей воздать большую награду и чтобы крепкая сила Божия прославилась в немощном сосуде человеческом. Наконец опозоренный властелин империи велел отрубить голову и святой Любови – к великому ее ликованию.

Самые тяжкие мучения выпали на долю святой матери богоизбранных дочерей. Коварный Адриан предназначил премудрую Софию на изощреннейшую душевную пытку: она должна была глядеть, как истязают и убивают ее любимых детей. Одному Господу Всевидящему ведомо, какое нечеловеческое страдание разрывало сердце матери в эти страшные часы. Однако велика была премудрость святой Софии, истинная мудрость высочайшей любви ее к дочерям. Гнусный замысел императора состоял в том, что мать не выдержит вида дочерних мук и своими рыданиями поможет ему сломить их святое упорство. Но богомудрая мать боялась не земной, а вечной смерти своих детей: она опасалась лишь одного – как бы душевные силы не оставили ее маленьких дочерей среди нестерпимых пыток и они не изменили Небесному Жениху. И с необычайным мужеством превозмогла святая София земную скорбь и не отречься, а мужаться среди чудовищных истязаний призывала она дочерей. И при виде их подвига лицо ее не темнело от мирского горя, но светилось высокою радостью – счастливой матери виделась их Небесная слава.

Теперь, когда ее доблестные дети достигли Горнего Царствия, горячим желанием святой Софии было принять вслед за ними мученический венец. Но намереваясь продлить пытку материнского сердца, нечестивый Адриан отпустил ее, позволив взять истерзанные тела детей. Богомудрая София похоронила их на высоком холме и не отходила от могилы, взывая к просиявшим в райских обителях, воспитанным ею святым дочерям-мученицам: Помяните и меня, мать вашу, в Царстве Жениха своего, чтобы он оказал милость и мне и не лишил меня радости участвовать и пребывать с вами в славе Его святой. По прошествии трех дней Господь увенчал и мученический подвиг души премудрой Софии: исстрадавшаяся святая мать опочила на могиле святых детей своих и воссоединилась с ними в несказанной Любви Божией.

Воспевая подвиг святых мучениц Веры, Надежды, Любови и матери их Софии, Церковь говорит, что они мудрость обуяша еллинскую, то есть показали безумие мирских представлений о разумной жизни. Увы! Почти всегда той же «еллинской мудростью» руководимся и мы, безумные, при воспитании своих детей. Так называемые любящие родители так часто подменяют святое чувство любви слепой страстью или приземленным рассудком и тем калечат судьбы и души детей, а порою становятся причиной их тяжкой загробной участи.

Во многих семьях к ребенку относятся как к живому «кусочку мяса», который должен быть накормлен, одет, обут, смотрят на него как на забавную игрушку, развлекающую взрослых своими ужимками. Подобная чисто животная привязанность к детям может доходить и до пылкой страсти: тогда ребенку все позволяют, доставляют ему всевозможные удовольствия, превращают в семейного идола. Так «любящие» родители развращают детей своих. Из подобных балованных чадушек, тело которых ублажали, а в душе позволяли прорастать семенам греха, обычно выходят жестокие себялюбцы, отплачивающие своим «нежным» отцам и матерям холодным презрением за их заботы. А несчастные родители жалуются на их неблагодарность, не понимая, что бездушие детей есть справедливая кара тем, кто слепой страстной «любовью» превратил их в духовных уродов. Лучше умереть бездетным, нежели иметь детей нечестивых (Сирах. 16, 4).

В летописях русской истории есть потрясающее свидетельство того, как слепая родительская страсть может стать причиной вечной погибели «любимого» чада. В одной семье тяжко заболел трехлетний мальчик: врачи заявили, что «случай безнадежен». Мать, обожавшая младенца до безумия, упала в отчаянии пред иконами Спасителя и Богородицы, взывая о чуде – о том, чтобы выздоровел, не был отнят у нее «ненаглядный Коничка». Велика сила материнской молитвы! Внезапно несчастная женщина услышала голос свыше: Опомнись, не моли Господа о выздоровлении. Он, Всеведущий, знает, зачем нужна теперь смерть ребенка. Из благости, из милосердия Своего хочет Он избежания для тебя и для него будущих мучений. Но страстная мать воспротивилась воле Господней, она вскричала: Приму все, лишь бы он, счастье жизни моей, остался жив. И за несколько мгновений прошли перед ней картины будущего ее сына: годы ученичества, юности, затем какие-то зловещие сборища, на которых играет заметную роль ее взрослый Коничка, затем – темный занавес, виселица, бездна... И грозный Небесный вестник спросил у матери: неужто и теперь она будет просить жизни ребенку? Нет, нет, хочу, чтоб жил он! – вскричала страстная мать. И видение кончилось, она оказалась у постели ребенка: он сладко спал, щечки порозовели, исчез болезненный свист в горле – он выздоровел. Безумица вымолила у Всевышнего гибельное чудо.

Умирающий младенец был Кондратий Рылеев. Когда ненаглядный Коничка вырос, он заразился чумой вольномыслия, стал участником сатанинских ритуалов масонских лож и достиг там высоких степеней посвящения. Он стал одним из виднейших участников заговора декабристов, призывавших к убийству царя Александра 1 Благословенного. Нераскаянный преступник, закоренелый богопротивник, Кондратий Рылеев был повешен по приговору суда. Умри Коничка в младенчестве – он вечно ликовал бы с хорами Ангелов в Небесном Царстве, а безумная молитва страстной матери низвергла его в адскую бездну. Так «любящая» мать на веки веков погубила обожаемого сына. И так же губим мы своих детей, когда ищем для них не спасения души, а благ лежащего во зле мира, когда растим их, руководствуясь не святым Законом Божиим, а собственным греховным своеволием и нечистым разумением. Оставьте свою правду, поврежденную грехопадением, устремитесь к Правде Божией, изложенной в учении и заповедях Евангелия. В Правде Божией обретается любовь, сокровенная от падшего естества. И Господь, заповедав многое о любви, повелел прежде искать Правды Божией, зная, что она – мать любви, – говорит преподобный Макарий Великий.

Бездушный «цивилизованный» мир не считает преступлением худшее из убийств – умерщвление невинных детей в материнских утробах. Но любой человек, в ком еще теплится совесть, содрогнется при виде кадров документальной киноленты: абортируемый ребенок беззвучно кричит при приближении щипцов, чувствуя ужас смерти, – несчастный младенец прижимается к стенкам материнской утробы, ища защиты у матери и не понимая, что она сама открыла дорогу его гибели.

Но души рожденных нами детей так же беззвучно кричат и пытаются прижаться к душам отцов и матерей, ища спасения от духовной смерти – от демонов-душеубийц, которыми буквально кишит современный мир. Наши дети чувствуют, что души их гибнут, хотя и не могут связно высказать это, а мы не слышим и не хотим слышать их немого крика.

На своих детей родители обычно глядят свысока – дескать, «маленький, глупенький»; мы не умеем уважать их. А между тем дети заслуживают уважения гораздо больше, чем взрослые, чьи души покрыты коростой греха, – чистому зеркалу юного разума доступны самые высокие истины. Преимущество взрослого христианина над ребенком – лишь в знании основ Православия и опыте борьбы с мирскими соблазнами. Наши дети остаются беззащитны перед вселенским злом, а мы медлим оградить их спасительным щитом веры, который они не в силах обрести без нашей помощи.

Истинная вера должна прививаться к детскому сознанию с самого раннего возраста. Если благочестивые родители по-настоящему понимают и стремятся к этому, то их усилия дают порою поразительные плоды. Так было с дочерьми богомудрой святой Софии: ведь совсем юные дети ее, святые Вера, Надежда, Любовь, претерпели страдания и смерть во имя Христово как взрослые мученики, с полным пониманием смысла и цели совершаемого подвига, их детские души вместили всю полноту веры, надежды, любви. Трудами благочестивых родителей возросли к Небесной славе величайшие праведники: так из семьи преподобных Кирилла и Марии произошел Всероссийский игумен, Радонежский чудотворец Сергий, так благочестивая вдова мученика-христианина взлелеяла славного Победоносца и великомученика Георгия, так праведные Иоаким и Анна с младенчества питали чистым млеком святой веры Саму Пречистую Богоневесту – Деву Марию.

Видим, что молодое деревце в любую сторону легко склоняется и куда склонится, туда и растет. Так и ребенок – может стать и Ангелом, и диаволом. Научится ли в юности добру – добрым будет всю жизнь. Научится ли злу – злым будет всю жизнь, – говорит святитель Тихон Задонский. Итак, мы воспитываем своих детей для Бога или для беса – третьего не дано. Всякое дитя несет в себе еще не замутненный житейской грязью святой образ Божий и потому жаждет истинного добра, чистого молока святой веры. А мы, взрослые, так часто своим равнодушием и высокомерием, своей слепотою к духовной жизни детей заглушаем в них эту благую жажду. Если ребенок просит есть или пить, мы спешим удовлетворить его потребность, но детские души мы оставляем томиться лютым голодом и жаждой по Источнику бессмертия и Небесному хлебу, заключенным в Божественном Откровении.
Мы духовно обкрадываем своих детей с малолетства, лишая их христианских радостей и утешений. Ведь и малые дети способны песнями славить Богомладенца на Рождество Христово, бросать ветки вербы под ноги Спасителя при входе Его в Иерусалим, вместе со святою Марией Магдалиной свидетельствовать истину Воскресения Господня, раскрашивая пасхальные яйца. С самого раннего возраста ребенок-христианин должен приобщаться к красоте богослужений и обрядов Матери-Церкви. И не нечистотами телевизионной «культуры» должны питаться души детей в православных семействах, а живыми беседами о житии Господа нашего Иисуса Христа, о подвигах святых угодников Божиих, о преславных чудесах Господних.

Даже родители, считающие себя христианами, часто основное внимание уделяют не воспитанию детей в духе заповедей Божиих, а занятию их науками, обеспечению их житейского положения или «карьеры». Поступая так, мы уподобляемся неразумным строителям, сооружающим крышу прежде, чем утверждены крепкие стены дома. Конечно, полезно знание наук, искусств, ремесел, но и с таким багажом человек может быть несчастным в этом мире и погибнуть в вечности, если не употребит дарованные ему от Господа таланты во славу Божию. А вот тот, кто приобрел благочестие, во всех земных делах укрепляется благодатью Бога Всесильного, ни в каких житейских обстоятельствах не теряет благого мира душевного, а за гробом ждет его райское счастье.

Небесный отец любит наших детей несравненно больше, чем земные родители, и лучше знает, в чем для них добро, а в чем – зло. И истинная премудрость родительской любви заключается в том, чтобы научить детей любить Бога Всевышнего, внимать Его святой воле в себе и во всем с радостью повиноваться Промыслу Всеблагого Создателя.

Но все наши наставления, вразумления и поучения останутся бесполезными, если мы не будем подавать своим детям пример собственной достойной жизнью. Чуткие детские сердца остро чувствуют фальшь, и если жизнь родителей нечиста – все самые лучшие слова их не затронут души ребенка. Чтобы сохранить великий дар Божий – детей своих, надобно родителям блюсти себя от скверны греховной. Чтобы хорошо воспитать детей, необходимо прежде воспитать самого себя.

Великое дело и великую ответственность возлагает на нас Господь, даруя нам детей. Судьбы стран и народов, судьбы всего мира зависят от того, хорошо или дурно вершится воспитание новых поколений. По слову святителя Иоанна Златоуста: Родители, которые не заботятся о воспитании детей в добродетели, хуже детоубийц, поскольку губят их души.

Это и расстраивает всю вселенную, что мы не радеем о собственных детях: заботимся об их имуществе, а душою их пренебрегаем; это является крайним безумием. Нам нет оправдания, если дети у нас развращены.
Но если ты прекрасно воспитал своего сына, то он – своего, а тот – своего – и как бы некая полоса лучших жизней пойдет вперед, получив начало и корень от тебя и принося тебе плоды попечения о потомках.

Возлюбленные о Господе братья и сестры!
Подумайте: если бы каждая семья воспитывала своих детей в святой вере и благочестии – как преобразилась бы наша жизнь, как умножилось бы боголюбие и братолюбие, какое явилось бы благоденствие и изобилие даров земных и Небесных, каким светом осветилось бы Отечество наше, сейчас блуждающее в потемках. И какие нетленные венцы готовит Небесный Отец тем доблестным родителям, которые сумели сберечь доверенные им сокровища детских душ, – на Страшном Суде Божием с непостыдным дерзновением скажут они: «Господи! Вот мы и дети, которых ты дал нам на земле (см.: Евр. 2, 13), – им указали мы заповеданные Тобою пути, и никто из них не заблудился среди мирской злобы, и вот, все вместе Твоею благодатью пришли мы в Царство Твое!»

Истинную премудрость любви родительской явила святая София, желавшая дочерям своим не временных благ, а добра непреходящего; не мирской чести, а нетленных венцов и ради вечного счастья благословившая детей своих на подвиг мученический. Да ниспошлет же Господь и нам, неразумным, по предстательству богомудрой Софии толику ее премудрости родительской; да явимся мы для детей наших не врагами их душ, а проводниками к спасению; да возможем мы вдохнуть в них не смрад лукавого века сего, а мужество воинов Христовых, побеждающих козни вражии и утверждающих святыни отеческие. Воззовем же к святым мученицам о благодатном их предстательстве:

Умоли, святая Веро, Творца видимых и невидимых, да веру крепку, неблазненну и нерушиму подаст нам. Ходатайствуй, святая Надеждо, пред Господом Иисусом за нас, грешных, да упование на благая Своя не отженет от нас и от всякия скорби и нужды да избавит ны. Исповеждь, святая Любы, Духу истины, Утешителю, напасти и печали наша, да Той свыше сладость небесную ниспошлет душам нашим. Помозите убо в бедах наших, святыя мученицы, и купно с мудрою материю вашею Софиею молите Господа Бога, да сохранит под покровом Своим Церковь Свою Святую. Аминь.

Митрополит Ташкентский и Среднеазиатский Владимир (Иким)