• Главная
  • Расписание богослужений
  • Информация для паломника
  • Контакты и реквизиты
  • Таинство Крещения
  • Поминовения
21 февраля 2016 года

Синаксарь в неделю о мытаре и фарисее

Стихи на трипеснцы:
Создатель неба и земли!
Как Трисвятую песнь от Ангелов,
Трипеснец от людей прими.

На мытаря и фарисея:
По-фарисейски кто живет, тот удаляется от Церкви;
Христос же вами обретается, смиренные, внутри.

 

В настоящий день с Богом начинаем Триодь, которую многие из наших святых и богоносных отцов-поэтов, движимые Святым Духом, прекрасно и подобающим образом составили, наполнив песнями. Первым придумал трипеснец — полагаю, что во образ Святой и Живоначальной Троицы, — великий стихотворец Косьма[1] для Великой седмицы святых Страстей Господа и Бога и Спаса нашего Иисуса Христа, сочинив песни с кратким названием каждого дня в акростихе. После него и иные отцы, особенно Феодор и Иосиф Студиты[2], следуя его примеру, составили богослужебные последования для других недель Великого поста, — вначале для своей Студийской обители; прежде всего они написали трипеснцы, а затем, руководствуясь указаниями отцов, составили и выверили и другие богослужебные книги.

Поскольку неделю завершает главный из дней, воскресенье, являясь и первым, и восьмым, последним, днем, то первую песнь они приурочили ко второму дню, то есть понедельнику. Соответственно к третьему дню, то есть вторнику, — вторую песнь; к четвертому, среде, — третью; к пятому, четвергу, — четвертую; к шестому, пятнице, — пятую; к субботе же — шестую и седьмую; восьмая же и девятая песнь поются каждый день. Ибо таким образом устроил божественный Косьма, написав для Великой Субботы четверопеснец, хотя впоследствии по повелению царя Льва Мудрого[3] он был расширен до полного канона монахом Марком, епископом Отрантским.

Книга эта справедливо именуется Триодью[4], хотя и не всегда содержит трипеснцы, — ибо она содержит и полные каноны, — но, полагаю, она получила свое название от того, что трипеснцы преобладают в ней, или от трипеснцев Великой недели, которые, как написано выше, появились первыми. Идея наших святых отцов заключается в том, чтобы целой книгой Триоди вкратце напомнить все благодеяния Божии к нам от создания мира: как мы были Им сотворены; как были изгнаны из рая сладости, отвергнув заповедь, данную нам для совершенствования; как были отвержены по зависти первого в злобе змия и врага, низложенного за гордость; как пребывали отлученными от благодати и водимыми диаволом; как Сын и Слово Божие по милосердию Своему принял страдания, приклонив небеса, сойдя и вселившись во утробу Девы, став ради нас Человеком и показав Своей жизнью путь на Небеса — в первую очередь, смирением, постом, отвержением зла и другими делами; как Он принял страдания и воскрес, и снова взошел на Небеса, и ниспослал Духа Святого Своим ученикам и апостолам; и как они начали проповедовать Сына Божия, Бога совершенного; и как божественные апостолы, содействием благодати Пресвятого Духа, своей проповедью собрав всех святых от земли, снова наполнили горний мир — в соответствии с изначальным замыслом Создателя.

Мысль Триоди и в том, что первые три Недели: мытаря и фарисея, блудного сына и Второго Пришествия — задуманы святыми отцами как некое предобучение и поучение, чтобы нам настроиться и приготовиться к духовным подвигам святого поста, оставив скверные греховные навыки.

Прежде всего, в первую подготовительную седмицу, отцы предлагают нам притчу о мытаре и фарисее. Подобно тому как идущие на войну вначале проходят учения под руководством военачальников — чтобы, очистив и отточив оружие и все остальное хорошенько подготовив, устранив все препятствия, тщательно вооружиться для боя и позаботиться обо всем необходимом. Еще до сражения воеводы многократно приводят им боевые девизы, притчи, рассказы, разжигающие в них боевой дух, а всякую леность, боязнь, уныние и прочее зло отгоняющие. Так и божественные отцы предвозвещают грядущую в пост битву с демонами, чтобы нам освободиться от принятых в душу страстей и накопившегося за долгое время яда, а затем постараться приобрести те из добродетелей, которых не имеем, и таким образом, готовыми, во всеоружии приступить к постным подвигам.

Поскольку главное оружие для завоевания добродетели — это покаяние и смирение, а препятствие к достохвальному смирению — гордость и превозношение, то отцы прежде всего предлагают нам для размышления нынешнюю притчу из Божественного Евангелия. Пример фарисея призывает избавиться от страсти гордости и высокомерия, пример мытаря — приобрести противоположные этой страсти покаяние и смирение. Гордыня, надменность — главная и худшая страсть, потому что именно из-за нее ниспал с неба диавол, бывший некогда светлой денницей, а ставший мрачной тьмой. Из-за этой же страсти наш родоначальник Адам был изгнан из райского сада. Таким образом, этими примерами святые учат не превозноситься своими добродетелями, не враждовать на ближнего, но всегда хранить смирение: ибо Господь гордым противится, а смиренным дает благодать. Лучше быть грешником и каяться, чем быть праведником и превозноситься. «Говорю вам, — сказал Господь, — что мытарь пошел оправданным в дом свой более, нежели фарисей». Эта притча призывает не превозноситься никому, хотя бы и был добродетелен, но всегда смиряться и всей душой молиться Богу, хотя бы и впал во глубину зол, — ибо спасение недалеко. Ведь мытарь — это сборщик налогов, который весьма неправедным образом наживал себе богатство. «Фарисей» же означает некто «отделенный или отлученный», и превосходящий других знанием закона. «Саддукей» происходит от слова «саддоик», то есть «праведный», ибо «седек» означает «правда». У древних евреев было три учения: иессеи, фарисеи и саддукеи, которые не верят ни в воскресение, ни в Ангела, ни в Духа.

Мольбами всех Твоих святых песнотворцев, Христе Боже наш, помилуй нас.

___________________________________________________________________

[1] Преподобный Косьма, епископ Маюмский († ок. 787 г., память 12 октября), автор канонов на Успение Богоматери, Воздвижение, Сретение, Богоявление, Преображение, Пятидесятницу и Вход Господень в Иерусалим. Также автор трипеснцев на первые дни Страстной седмицы, канона на Великий Четверток, четверопеснца на Великую Субботу и многих других.

[2]Феодор и Иосиф Студиты — родные братья.

Преподобный Феодор Студит, игумен Студийский († 826 г., память 26 января, 11 ноября). Предание приписывает ему составление Постной Триоди (канон в субботу мясопустную и сырную, четверопеснцы 2, 3, 4 и 5¬ суббот Великого поста и 35 трипеснцев из Постной Триоди, многие стихиры, и особенно Богородичны во многих канонах, которые их до этого не имели).

Святитель Иосиф Студит, архиепископ Солунский († ок. 830 г., память 26 января). Принимал участие в дополнении песнопений Постной Триоди. Ему приписывается канон в Неделю блудного сына, четверопеснцы на Недели Великого поста и трипеснцы сыропустной седмицы.

[3] Лев VI, Мудрый — Византийский император (886—911), известен также как автор т. н. евангельских стихир на утрени воскресного всенощного бдения.

[4]Триодион (греч.) — трипеснец.

Слово в неделю о мытаре и фарисее

Мытарь и фарисей пришли в церковь помолиться. Фарисей во время молитвы своей хвалился делами своими и осуждал других, а мытарь с глубоким сознанием своего недостоинства молился так: «Боже! будь милостив ко мне грешнику!» (Лк. 18:13). Первого осудил Господь, а последнего оправдал, говоря: «Всякий возвышающийся унижен будет, а унижающий себя — возвысится» (Лк. 18: 14).

Дорогие, если смотреть на внешние поступки, а не на внутреннее расположение сердца, то фарисея никак нельзя назвать дурным человеком. Во всяком случае, он был человек беспорочный в гражданском смысле и наружно благочестивый. При всем этом молитва его была отвергнута. Напротив, мытарь был не без грехов и пороков. Он сам сознает свою греховность, и однако же молитва его была услышана. Почему это так? А вот почему: фарисей молился высокомерно, с таким настроением духа, в котором он сам весь обнаружился. Ведь в молитве люди выказываются такими, какие есть на самом деле и как живут. К жизни евангельского фарисея и его молитве можно применить слова Апостола: «Люди самолюбивые, сребролюбивые, гордые, надменные, злоречивые, имеющие вид благочестия, силы же его отвергшиеся» (Тим. 3:2-5).

Фарисей с надменностью держал себя по отношению к Богу. Гордо вошел он в храм, стал впереди всех, на видном месте. В нем не заметно было никакого признака подобающего благоговения к Богу и Его Дому, он презрительно обращался с ближними. Считая себя праведным, он называл других людей дурными: хищниками, неправедниками, прелюбодеями– судя по внешним поступкам, ложно и превратно истолковывал их, а не по внутреннему расположению сердца. Так гордость везде поступает: о себе самом думает высоко, а о других – низко.

Молитва фарисея была греховная молитва. Он благодарил Бога, но без смирения и сознания собственных немощей – благодарил не за избавление от тяжких искушений к греху и грубых пороков, а за то, что он не таков, как прочие люди. В его устах слышался голос гордости, которая кичится своею праведностью и обращается к Богу не с молитвой покаяния, а с молитвой самовосхваления. Каяться, по мнению фарисея, ему было не в чем. В действительности, вся молитва фарисея была обращена к собственному кумиру гордости. И Бог ее не слышал.

Молитва мытаря была воплем души, в смирении взиравшей на свои грехи и в дерзновении веры призывавшей милосердие Божие уврачевать страдания немощи. И Бог с благоволением внял ей, ибо Он видел человека, требующего Его помощи и сознающего собственное бессилие для обновления своей природы. Смирение сделало мытаря достойным благодати Божией. Мытарь стал вдали в храме и не смел даже поднять очей своих на небо. Он не шел вперед, хотя был человек должностной, собиратель пошлин, и, вероятно, с хорошим состоянием.

В церкви нет различия. Все имеют равные права. Самое невидное место вполне достаточно для того, чтобы возноситься в молитве к Творцу. Мытарь ударял себя в грудь – истинная, пламенная молитва не может быть без внешнего выражения. Внутренние движения сердца невольно проявляются и во вне.

Мытарь молил Бога о помиловании. «Боже! Милостив будь мне, грешному». Его единственное желание – получить прощение грехов. Словом, в своей молитве мытарь выказывался таким, каким он был на деле и как жил. Он молился со смирением, «а смиряяй себе вознесется».

Дорогие! Пред нами в жизни две дороги: мы или пойдем стопами фарисея к собственному покою, внешнему почету, ко всему, чем питается тщеславие и услаждается гордость, или же вступим во следы мытаря с его сокрушенным сердцем, смиренным духом, заставляющим его в смущении пред живою совестью опускать глаза долу, в сокрушении бить себя в перси.

Первый путь земного благополучия – путь погибели в вечной жизни; второй – стезя горькая и темная здесь, приведет нас к источнику света и правды.

Избегайте фарисейской гордости, которая искушает и низвергает людей в погибель, делает их слепыми. Ведь слепой не видит путей и спотыкается. Не образ ли это нам и современной нашей жизни? Слепота наша в том, что считаем себя зрячими: слишком горды мы. Мы все видим, все переживаем, только не видим греха своего, и оттого слепы, и грех остается в нас! Фарисейство – наша слепота губительная. Всякий фарисей, оставь свою гордость, приди со смирением мытаревым ко Христу, и в Нем найдешь просвещение.

Св. прав. Алексий (Мечев)