Значение игумена в формировании осмысления монашествующим послушания как свободного следования воле Божией
Доклад игумении Феофании (Проценко), настоятельницы Сезеновского Иоанно-Казанского женского монастыря (Елецкая епархия) на XXXIV Международных Рождественских образовательных чтениях «Просвещение и нравственность: формирование личности и вызовы времени»; направление «Древние монашеские традиции в условиях современности»; тематическая дискуссия «Монашеский подвиг и внутреннее делание в современных условиях: актуальные вопросы реализации принципов монашеской жизни в практической жизни монастырей» (Зачатьевский ставропигиальный женский монастырь, 28 января 2026 года)
Ваше Преосвященство, досточтимые отцы, матушки игумении, братия и сестры!
Начиная свое повествование, позвольте обратиться к нравственному богословию, которое «признает человека нравственно-свободным, управляющим своею собственною волею и поступками и, следовательно, ответственным за них пред правдой Божией. И такая свобода есть величайший дар человеку от Бога, Который ищет от него не механического повиновения, а свободно-сыновнего послушания любви» [1].
Духовная личность христианина – не есть что-то данное ему сначала, это есть нечто искомое, приобретаемое и вырабатываемое его личными трудами и усилиями… Посему и сказано: Царствие небесное нудится, и нуждницы восхищают е (Мф. 11:12). Какие же это нуждницы? Ответ дает преподобный Исидор Пелусиот: «Это люди, которые тело свое принуждают к постам, к целомудрию, к какой-либо иной добродетели, подчиняют его законам духа, делают его вспоможением и побуждением к добродетели» [2].
Личность человека формируется с малых лет. Именно в это время наиболее важно заложить в основу воспитания правильные нравственные и христианские понятия. По словам преподобного Иоанна Лествичника, «наставления, которые мы получили с младенчества, воспитание и занятия наши, когда мы придем в возраст, способствуют нам или препятствуют в приобретении добродетели и в житии монашеском [3].
Мы же, большинство пребывающих в обители, пришли к вере уже в осознанном, зрелом возрасте. Часто новоначальные имеют поверхностное, сбивчивое понятие о монашестве, а иногда и о сути христианства. Поэтому в современных реалиях грамотная организация монашеской жизни в обители, искоренение наших греховных навыков – для игумении задача не из легких.
Еще на рубеже XIX века протоиерей Григорий Дьяченко в своей книге «Полный годичный круг поучений» писал: «Положим, и так: ныне нет таких подвижников как встарь…. Что же из этого? Ужели монастыри в том виноваты? Смотрите, не наоборот ли? Не от того ли, напротив, и оскудение, что в монастырях истинных подвижников нет, что мы с вами, в миру живущие, стали ныне до того никуда не годными нравственно, что не в состоянии выделить из себя для монастырей и самой малой доли людей порядочных, что все мы, все сословия воспитываем своих детей до того не по-христиански, что монашеская жизнь им и на ум не идет; мало того, представляется им даже чем-то противоестественным!» [4].
И скажем более: хорошо, если человек пришел в обитель пусть и с начальными, но с правильными христианскими понятиями, если он не имеет в голове «коктейля» из религиозно-мистических практик и психологии Фрейда, если он не покалечен самозванными наставниками в духовной жизни и не заражен собственным самомнением, иногда граничащим с прелестью.
Иногда бывает легче построить здание «с нуля», чем переделывать испорченное неумелыми мастерами.
Монашество – это, прежде всего, «совершение христианства, состоящее в исполнениях заповедей Божиих, в них же и любовь к Богу заключается: аще кто любит Мя, слово Мое соблюдет (Ин. 14:23)» [5].
И именно в обители наиудобнейшим образом можно достичь христианского совершенства, которое заключается в сближении с Богом и в пребывании в единении с Ним.
Настоящая свобода в христианском понимании заключается во власти человека над своими страстями или, в более аскетическом определении, в господстве ума над сердцем. Другими словами – подлинная свобода возможна лишь в Боге, ведь, идя к Нему, понуждая себя к аскетическим подвигам и молитве, человек всегда проявляет волевое усилие, а оно, следовательно, всегда будет свободным. Итак, стойте в свободе, которую даровал нам Христос, и не подвергайтесь опять игу рабства (Гал. 5:1) – призывает нас апостол Павел.
Преподобный Амвросий Оптинский обращается к своим чадам: «Главное дело нашего исправления и спасения зависит от нас самих, а со стороны в этом бывает только вспомоществование, хотя и немалое, потому что в каждом деле и в каждом искусстве потребно показание. А без показания простолюдин лаптя не сплетет, девушка чулка не свяжет. Кольми паче монастырская и монашеская жизнь требует показания, и указания, и наставления, а со стороны учащихся требует несомненного приятия и повиновения…» [6].
Почему же монашество требует от нас отсечения своей воли и придания себя в полное послушание руководителю? Да потому что «ничто не приносит такой пользы людям, как отсечение своей воли, и поистине от этого человек преуспевает более, нежели от всякой другой добродетели. … Ибо отсечением своей воли он приобретает беспристрастие, а от беспристрастия приходит, с помощью Божией, и в совершенное бесстрастие…» [7].
Преподобные отцы называют послушание кратким путем к Царствию Божию, «мысленным исповедничеством» и «добровольным рабством», в замену которого мы получаем истинную свободу.
«Слово “послушание” имеет у нас двоякое значение: во-первых, послушание как добродетель, а во-вторых, – самое дело, которое исполняет послушник… Бывает же иногда так, что послушник в точности исполняет порученное ему дело и в то же время не имеет добродетели послушания. А бывает это тогда, когда он, аккуратно исполняя дело, ропщет, гневается и осуждает тех, которые поручили ему дело. В таком случае бывает только одно наружное послушание без внутреннего. Это все то же, что тело без души – гниющий зловонный труп. Дóлжно соединять наружное послушание с внутренним, то есть принимать повеления от начальствующих, как от Самого Господа, и исполнять их в простоте сердца, без гнева и ропота, хотя бы оно и противно было желанию и сердечному расположению послушника. Тогда и добродетель послушания появится. И так как, по замечанию святых отцов, от истинного послушания рождается смирение, то при послушании не замедлит сказаться и смирение. Всё же это приобретается не вдруг и не в скором времени, а через многие годы при постоянном внимании к себе и всегдашнем самопонуждении к добру и при усердной молитве к Господу о помощи. Ибо Господь сказал: Без Мене не можете творити ничесоже (Ин. 15:5)» [8].
Неправильное понимание истинного назначения послушаний рождает деление их на «почетные» и «низкие», «достойные» и «недостойные». Получив так называемое «низкое» послушание, мы иногда относимся к нему как к мирской работе, ожидая повышения по карьерной лестнице. Да, издревле в обителях существовала традиция ставить новоначальных на тяжелые послушания – поварню, скотный двор, огород. Но иногда так случается, что монах всю свою жизнь пребывает на таком послушании. И если принимает его радостно, без ропота, как от руки Божией, то поистине приобретет многие добродетели.
«Не знают себя и своей пользы те послушники, которые, заметив благосклонность и снисходительность своего наставника, просят его назначить им служения по их желаниям. Пусть они знают, что, получивши их, они совершенно лишаются исповеднического венца, потому что послушание есть отвержение лицемерия и собственного желания» [9].
Каким же образом игумении устроить монашескую жизнь обители, чтобы послушание, и не только оно, но и другие монашеские добродетели были исполняемы не за повинность и не за страх, а как свободное следование воле Божией из одной любви к Нему? Лично для себя я бы выделила некоторые моменты.
1. Очень важно, чтобы в обители между сестрами были мир, единение, взаимопонимание, уважение и христианская любовь. Чтобы все старались искренно друг другу услужить и почитали себя ниже других сестер. Всё это должно быть не только по наружности, но исходить от сердца. Тогда в таком общежитии пребывает Божия благодать.
2. Постоянно соотносить свою волю с волей Божией. Да будет воля Твоя, яко на небеси, и на земли (Мф. 6:10). Воля Божия бывает и без нашего прошения. Поэтому не просим, чтобы Бог делал, что хочет, а просим, чтобы мы могли делать то, что воля Его хочет.
3. Укрепляться в вере и надежде, ревности к благочестию не угашать, не обращаться вспять, всегда благодушествовать, за всё благодарить.
4. В окружающих сестрах видеть только добродетели, немощи же не замечать и не осуждать, а особенно остерегаться осуждать начальствующих и духовных руководителей.
5. Иметь понимание, что и духовничество и игуменство – это тоже послушание. Что духовные руководители ответственны за свои действия и перед правящим архиереем, и перед людьми, а главное – пред Богом за вверенных их руководству. Часто игумения первая и терпит, и смиряется, и скорбит о непослушании и дерзости непокорных, но не всегда мы это видим и осознаем.
Подчеркнуть же хотелось, что особенно важно игумении самой иметь опыт монастырской жизни, пройти путь от послушницы до настоятельницы и деятельно понимать, о чем говорит; и то, что от других требует, прежде самой исполнять.
Такие средства воспитания, как изъятие телефонов или установка на общий монастырский компьютер родительского контроля, скорее всего, будут малоэффективными. А на вопрос – каким образом игумения понуждает сестер к добродетели, отвечаем: нет никакого понуждения и принуждения. Почему? Да потому, что согласно писаниям святителя Григория Нисского: «Добродетель есть нечто неподвластное и добровольное, принуждённое же и невольное не может быть добродетелью» [10].
Наставлять, побуждать к добродетели необходимо и возгревать любовь к добродетельному житию, приводя в пример жития святых и подвижников благочестия.
«Управлять людьми – дело очень трудное. Не всегда и не всякого удобно можно исправить, если у инокини нет к тому собственного произволения…
Бывает, что и ревностная подвижница в добродетельном пути ослабевает, претыкается и впадает в нерадение. А некоторые, желая добродетельного жития, начинают ревностно подвизаться, но сбиваются с правого пути» [11], впадая в обольщение гордости. Малодушные нуждаются в ободрении и поощрении, увлеченные самомнением в обличении, укорении и наказании. Все же они требуют словесного наставления.
Иногда мы ссылаемся на неопытность игумении, отсутствие старцев и духовников. Даже от почтенных монахинь приходится слышать: а кто меня наставлял, кто занимался моим воспитанием, у кого мне было учиться жизни подвижнической? Пусть даже так, не было рядом людей опытных, но не должно же уподобляться мухе из притчи старца Паисия Святогорца «Пчела и муха». Можно быть подобной пчеле, которая если и залетит на помойку, найдет в углу ее цветок и соберет нектар. А можно мухе, которая даже если и попадет на цветущий луг, то найдет в углу помойку и наестся из нее.
В подтверждение своей мысли приведем также слова Симеона Нового Богослова:
И что бы ни видел ты, найди в видимых (вещах) В каждой учителя себе в добродетели Или изображение порочной страсти, Дабы из величия и красоты тварей Познал ты непостижимую премудрость Божию и мысленную брань, Которую предызобразил Создатель всех [12].И если святой подвижник из наблюдения видимых вещей сумел для себя извлечь пользу душевную, так неужели мы, окруженные людьми пусть и оступающимися, но все же желающими спасения, не найдем для себя поучительного примера?
«Кто же вовсе не принимает врачевания, предлагаемого ему настоятелем, тот не согласен и сам с собою. Ибо, если не согласится подчиняться, а следует собственной своей воле, то для чего и живет с ним? Для чего берет его вождем своей жизни?» [13] – так пишет святитель Василий Великий о непокорных в послушаниях.
Итак, постараемся со всею ревностию подвизаться в добровольном послушании, со всею тщательностью, с охранением совести, несомненно веруя, что таковое необходимо для нашего спасения.
-----------------------------
[1] Филарет (Вознесенский), митр. Конспект по нравственному богословию. Гл. 5 [Эл. ресурс] URL: https://azbyka.ru/otechnik/Filaret_Voznesenskij/konspekt-po-nravstvennomu-bogosloviyu/ (Дата обращения: 24.11.2025)[2] Исидор Пелусиот, прп. Письма. Книга III. [Эл. ресурс] URL: https://azbyka.ru/otechnik/Isidor_Pelusiot/pisma-kniga-3/ (Дата обращения: 24.11.2025)
[3] Иоанн Лествичник, прп. Лествица, 26:30.
[4] Григорий Дьяченко, прот. Полный годичный круг поучений. Т.1. – Международный издательский центр православной литературы, 1995.
[5] Макарий Оптинский, прп. Душеполезные поучения. [Эл. ресурс] URL: https://azbyka.ru/otechnik/Makarij_Optinskij/dushepoleznye-pouchenija/75 (Дата обращения: 24.11.2025)
[6] Амвросий Оптинский, прп. Письма. [Эл. ресурс] URL: https://www.optina.ru/starets/amvrosiy_letters_chart3_4// (Дата обращения: 24.11.2025)
[7] Авва Дорофей, прп. Душеполезные поучения. Поучение первое. [Эл. ресурс] URL: https://ilinskoeiliya.cerkov.ru/2016/10/31/avva-dorofej-dushepoleznie-poucheniya/ (Дата обращения: 24.11.2025)
[8] Иосиф Оптинский, прп. Письма. Письмо 185. [Эл. ресурс] URL: https://www.optina.ru/starets/iosif_letters_chart_18/ (Дата обращения: 24.11.2025)
[9] Иоанн Лествичник, прп. Лествица, 4:107.
[10] Григорий Нисский, свт. Об устроении человека [Эл. ресурс] URL: https://books.yandex.ru/books/uvafZd23/quotes (Дата обращения: 24.11.2025)
[11] Серафим (Кузнецов), иг. Женские иноческие уставы. Гл. 2. [Эл. ресурс] URL: https://spas-monastery.by/library/books.php?id=4336 (Дата обращения: 24.11.2025)
[12] Симеон Новый Богослов, прп. Божественные гимны. Гимн 59.[Эл. ресурс] URL: https://azbyka.ru/otechnik/Simeon_Novyj_Bogoslov/gimny/59 (Дата обращения: 24.11.2025)
[13] Василий Великий, свт. Правила, пространно изложенные в вопросах и ответах (Большой Аскетикон). [Эл. ресурс] URL: https://azbyka.ru/otechnik/Vasilij_Velikij/pravila-prostranno-izlozhennye-v-voprosah-i-otvetah/ (Дата обращения: 24.11.2025)