• Главная
  • Расписание богослужений
  • Информация для паломника
  • Контакты и реквизиты
  • Таинство Крещения
  • Поминовения

О внутреннем приготовлению к богослужению

Доклад митрополита Архангельского и Холмогорского Даниила на круглом столе «Богослужение и молитва как средоточие жизни монашеского братства» (Воскресенский Новодевичий женский монастырь Санкт-Петербурга, 24–25 июля 2019 года)


Предложенный вашему вниманию доклад является частью сегодняшнего обсуждения, касающегося значения богослужения в развитии и благоустройстве жизни монашеских общин.

Говоря о приготовлении клирика к участию в богослужении, а это центральное место в жизни священника и священномонашествующего, мы сталкиваемся с двумя группами проблем. Первая – это проблема рутинизирования богослужения, то есть слишком привычное, автоматическое, слишком будничное отправление богослужений. Вторая – разного рода внутренние неустройства, которые препятствуют человеку, находящемуся в обители, отнестись к совершению службы как к центральному делу своей жизни.

По первому вопросу можно сказать следующее. Почему миряне приходят на богослужения в монастыри, почему приезжают в монастыри паломники? Потому что считается, что именно в монастырях богослужение совершаются наиболее четко, суточный, недельный и годичный круг отправляются наиболее чинно и проникновенно, – то есть мы смотрим на монастыри как на пример, эталон. С одной стороны, это так, а с другой – далеко не так. Недостаточно просто служить утро – вечер, недостаточно быть хорошим и знающим уставщиком – нужно каким-то образом чувствовать ритм богослужения, привлекаться сердцем к его лучшим образцам. Поэтому было бы хорошо, если бы братия монастырей, проходящих становление, посещала другие обители и имела бы возможность участвовать в образцовых богослужениях, видела, как совершаются бдения, как происходит одухотворение богослужения христианским духом, – потому что это самое главное. Ведь можно прекрасно и чинно служить и при этом быть жестокими и раздражительными людьми, не любящими службу и лишь рутинно ее соблюдающими. Этот момент узнавания для себя лучших практик очень важен: важно посмотреть, где существует традиция, как она восстановлена, как бережно к ней относятся.

Для того чтобы служба была четкой, ее нужно сделать внутренне согретой. Например, до революции существовала практика, когда в больших монастырях или в каких-то, определенных священной властью местах проходили общие говения. Такие собрания специальным образом организовывались, потому что это давало братии возможность почувствовать себя братией. Не только братией одной обители, но, что очень важно, еще и братией во Христе – всех друг другу. Люди несли свои мысли и боли в такой «общий котел», и духовный совет принимал это к рассуждению, это было темой общей дискуссии и общей молитвы. На общее говение, общее богослужение приглашался опытный духовник. Таким образом, в том числе, происходило одушевление богослужения в конкретных обителях.

Нам в таких вопросах есть над чем работать. Благодаря усилиям, которые прилагает Синодальный отдел по монастырям и монашеству, ситуация замкнутости монастырей, когда каждый предоставлен сам себе, начинает постепенно меняться. Но по-прежнему, не имея подобного живого общения, в монастырях практически не знают того, что происходит в других епархиях, подавно не знают, что происходит в поместных церквях и что вообще творится в мире. Здесь очень важно, чтобы руководители монастырей, епархиальные архиереи время от времени приглашали известных проповедников, людей со значительным духовным опытом – встречаться с братией, возгревать тепло и желание участия в службе.

Скажу также о том, что касается разных неустойств на местах. Например: когда в обители организована богослужебная чреда, никто не спрашивает, кого с кем определять служить в эту чреду. Но ведь совершение богослужения сродни полету в космос и здесь очень важна психологическая совместимость людей. Важно, чтобы это тоже учитывалось, и не было бы проблем, которые могли бы заставить служащих друг другу сказать: «Нет между нами Христа и не будет». Значит, нужно просто учитывать эти христианские «гигиенические» моменты, чтобы братия приходили сослужить в состоянии, когда между ними нет брани, они внутренне друг с другом примирены, и не просто сейчас пойдут от служб, а погрузятся в евхаристическое благодарственное состояние.

Есть и такой момент, к которому в большинстве обителей относятся с пренебрежением. Скажем, всерьез спрашивая собрата, как он готовился к службе, имеют в виду: «Ты всё правило прочел, и как там у тебя с постом?» Но это внешняя сторона. Человек не может всерьез участвовать в богослужении, если у него до позднего вечера послушания, потом он, возможно, должен выполнить еще какие-либо поручения, встречая гостей, и так далее. Игумену нужно постараться, чтобы клирики, священномонашествующие должным образом были ограждены за день-другой до совершения Литургии от чрезмерно тяжелых послушаний; чтобы для человека, которому предстоит нести ту или иную чреду, все выстраивалось таким образом, что наивысшим послушанием для него становилась Литургия. В эти дни он должен иметь возможность побыть наедине с собой, как-то подготовиться, физически не быть изнеможенным. Понятно, что мы говорим сейчас об идеале, но это то, к чему нужно стремиться. Если иеромонах с утра до ночи разрывается между послушаниями, то от него вряд ли приходится ожидать богослужебной сосредоточенности.

И конечно, участие в богослужении только отупляет, когда ты совершенно не пытаешься изучить, чем же ты занимаешься, не пытаешься связать совершение службы с богословием, не погружаешься в мысли святых отцов и духовный смысл происходящего. В таком случае никакого реального приготовления к богослужению не будет, будет внимание к частным аспектам. Любой скажет: «Да я приготовился – я совершил, я не ел, я поисповедовался…» И вот здесь встает вопрос о значении грамотно поставленной исповеди. Не секрет, что люди в священном сане, священномонашествующие порой годами не исповедуются, и так приходят к совершению Литургии. Атака дьявола на этих людей сильна особенным образом, и у них оказывается много такого «слежавшегося» греха, который они стесняются доверить собратьям. Формирование обстановки доверия друг к другу, возможности пойти исповедаться, не боясь, что потом тайна исповеди будет разглашена, – это важнейшее условие не только внутренней готовности к участию в богослужебной жизни обители, но и просто ведéния христианской общинной жизни.

И последнее что хотелось бы сказать. Важно, чтобы неслужащая братия старалась, при возможности, часто причащаться за Литургиями ежедневного круга. Святитель Иоанн Златоуст по этому поводу пишет: «Многие причащаются этой Жертвы однажды во весь год, другие – дважды, а иные несколько раз. Слова наши относятся ко всем, не только к присутствующим здесь, но и находящимся в пустыне – потому что они причащаются однажды в год, а иногда и через два года. Что же? Кого нам одобрить? Тех ли, которые причащаются однажды, или тех, которые часто, или тех, которые редко? Ни тех, ни других, ни третьих, но причащающихся с чистою совестию, с чистым сердцем, с безукоризненною жизнью. Такие пусть всегда приступают, а не такие ни однажды. Говорю это не с тем, чтобы запретить вам приступать однажды в год, но более желая, чтобы вы непрестанно приступали к Святым Тайнам» [1]

______________________________________________________________________________
[1] Иоанн Златоуст, свт. Полное собрание трудов. Т. 12. Кн. I. М., 2004. С. 153–154.